|
Для
того, чтоб было понятнее, как я
стартовал, нужно бы рассказать о
себе.
Вот
начало моей истории.
О
себе.
Родился
я 35 лет назад в семье советского
разведчика в тот самый момент, когда
отец окончил высшую школу КГБ СССР
им. Дзержинского. Место рождения - г.Красавино
Вологодской обл. Это маленький
городок недалеко от Великого Устюга
- нынешней официальной штаб-квартиры
Деда Мороза. Красавино известен тем,
что там находится крупный
льнокомбинат. Именно на нем моя
бабушка проработала всю жизнь
ткачихой. Прабабушка моя(мать-героиня,
12 детей) была известна своими
выдающимися способностями в
знахарстве , за что ее даже
привлекали к уголовной
ответственности. В своей деревне
она была очень уважаема и вылечила
многих людей своими заговорами.
Город
Красавино известен еще и тем, что
это родина Михаила Андреевича
Суслова- второго человека в КПСС во
времена Брежнева. Профессиональная
деятельность отца была связана с
частыми переездами, что привело к
тому, что прежде, чем окончить школу,
я пожил в разных уголках СССР.
Наиболее сильные впечатления
остались от проживания в Закарпатье.
Есть такой маленький городок ЧОП,
последний населенный пункт по пути
следования из Украины в Венгрию. Чоп
- это оккупированная территория,
которая была присоединена к Украине
после Великой Отечественной войны.
Коренное население - венгры. Об этом
городе у меня остались самые теплые
воспоминания. Там я пошел в первый
класс, там меня впервые избрали
председателем совета отряда, там я
воровал сено для одинокой бабульки
вместе с другими тимуровцами, там я
начал выступать со сцены, там я был
юным другом пограничника, там я стал
лауреатом областного конкурса
среди детских коллективов в составе
вокального ансамбля( я был солистом).
Нигде я не встречал столь
внимательного отношения к детям, к
развитию их способностей; нигде мне
не доводилось более драться с
цыганами, нигде более я не дружил с
цыганами; нигде мне больше не
довелось собрать столько
металлолома . Мой дом находился в 300
метрах от границы СССР-Венгрия.
Можно было выйти из дома и через 2
минуты подойти к колючему забору,
бросить кусок глины и попасть в реку
Тису. Эта река разливалась каждой
весной. От города ее отделяет дамба -
культовое место для всех детей, да и
не только для них. Между дамбой и
рекой находились воронки от бомб,
овражки, кусты, колючие заборы и
контрольно- следовая полоса. Должен
признаться, что я неоднократно
перелезал через эти заборы,
попадался в путанки, но всегда
избегал встречи с пограничниками.
Возле дамбы, в овражках, можно было
всковырнуть палкой землю
практически в любом месте, и найти
старые патроны, гильзы. Иногда
попадались ржавые фашистские каски,
гранаты, снаряды, шмайсеры (немецкие
автоматы). Представьте, как это
здорово для мальчишек- искать
патроны и снаряды. Я жил возле парка,
рядом был брошенный яблоневый сад, а
в парке росли березы. Такого
вкусного березового сока больше
никогда не пил. Там меня впервые
стали дразнить Штирлицем. В 1978 году
отца перевели в г.Ужгород- столицу
Закарпатья, где я из солистов
вокального ансамбля превратился в
чтеца стихов на торжественных
мероприятиях .
В
1980 году семья переехала на Дон, в г.
Азов. После Закарпатья, то внимание,
которое уделялось в России работе с
детьми, а также уровень требований
учителей показались мне просто не
серьезными. Здесь наблюдалось какое-то
безразличие к пионерской, а затем и
комсомольской работе. Разница в
идеологической работе была просто
колоссальная. Еще в 1980 году мне было
не понятно, почему такая дрянная
жизнь в России. Учителя в школе
говорили про развитой социализм, а
моя мама стояла в очереди с 5 утра за
основными продуктами питания. В
Закарпатье такого не было. В 1979 году,
в г. Ужгороде, я сам видел в магазине
5-6 видов колбас, среди них - "Докторская"
по цене 2 рубля 10 копеек за килограмм.
В России, в глубинке - колбаса только
по блату или в жуткой очереди. Куда
смотрел Суслов мне не понятно до сих
пор. Он умер в 1982 году, ему было 80 лет.
Он, наверное, не предполагал, что
идеологическую войну он проиграл
еще при своей жизни. А возрастание
руководящей роли партии в начале 80-х
- свидетельство начала гибели
партии. Сейчас я это понимаю, а тогда
никто не знал, что из-за какой-то
колбасы может рухнуть такая система.
В общем, окончив школу с пятерками в
аттестате, я поступил в Ростовский
госуниверситет имени М.А. Суслова,
на механико-математический
факультет. Учиться там было тяжело.
Сессии, сессии, История КПСС и
прочая муть. Теорию цельного
социализма я так и не понял. Зато
политэкономия, философия и даже
научный коммунизм дались легко. Я
даже не ожидал, что на экзамене
можно не особо в тему, логично
развивать свою мысль. Главное не
делать длинных пауз и использовать
свежепойманную информацию из СМИ.
Про математические дисциплины
долго рассказывать нечего, т.к. я
учился без провалов, достаточно
прилежно и был, пожалуй, одним из
немногих на курсе, кому было
предложено остаться в университете.
В этот год с университета сняли имя
Суслова, и барельеф с его
изображением позорно валялся в
проходе. Я планировал заняться
прикладной наукой на стыке
математической физики и
вычислительной математики. Но
перестройка и гласность привели к
другому. С момента поступления в РГУ
и еще 3 года после окончания я жил в
общежитии студентов. Удовольствие,
в плане быта, - ниже среднего. Вода
была по расписанию. Собственно это
было не самым главным. На научные
исследования перестали выделять
деньги и лаборатория, в которой я
работал над секретными
разработками для Минобороны,
прекратила свое существование. Я
перешел в другую, но это была уже
совсем околонаучная деятельность. В
общем, подбираясь к теме рассылки, я
понял, что на таком финансировании и
при таком слабом моем векторе
стремления к науке, мне долго не
продержаться. К тому времени я был
самым обычным нищим, без жилья,
денег, какой-либо поддержки, связей.
Мой учитель посоветовал попытать
счастья в бизнесе. Сам он работал
над теорией квантовых групп в
коллективе Дринфельда, лауреата
Филдсовской премии. ( Нобелевскую
премию математикам не дают, Нобель
не велел, т.к. математик у него жену
увел). Я никогда не испытывал
страсти к голому теоретизированию.
Быть одним из многих
вспомогательных околонаучных
деятелей мне не хотелось. А, когда я
на личном опыте прочувствовал слова
моего учителя: "занятие
математикой - это своего рода
мазохизм", я решил бросить мои "научные"
прожекты. Еще некоторое время я
разрабатывал какие-то модели и
программы по распространению
акустических волн в жидких средах,
преподавал программирование на
мехмате, интенсивно изучал
английский язык (немецким я владел
тогда сносно). Наряду с этим, начал
участвовать в коммерческих
предприятиях в качестве наемного
работника. Строил большие планы (мир
должен был пасть к моим ногам), но
уже тогда, после 3-х попыток работы
по найму, я понял, что меня все время
используют в каких-то чужих
интересах за небольшую плату и
какие-то эфемерные перспективы. Я, в
общем-то, добросовестно выполнял
свои обязанности наемного
работника, но долго заниматься
скучной работой не мог. Примерно в
1992 году, серьезно задумался об
альтернативных источниках дохода.
Денег на жизнь становилось все
меньше, инфляция все выше, кроме
того, рядом появлялись
предприниматели. Периодически они
подбрасывали какую-то левую работу.
Но все это было мелко и временно.
Подробно не пишу, хотя уже тогда
приходилось думать головой и
находить не стандартные решения.
Первый
блин.
Примерно
в это время я стал соучредителем и
заместителем директора
товарищества с ограниченной
ответственностью. Директор ТОО был
дружелюбно настроен и всячески
поощрял самостоятельную
деятельность. Я ему благодарен за то,
что он доверил мне провести первые
сделки, не вмешиваясь. Это был риск с
его стороны. Один мой приятель
принес заказ на изготовление
рекламного буклета и предложил мне
поучаствовать. Мы с приятелем
решили провести эти работы в рамках
моего ТОО. Пожалуй, это и был первый
серьезный опыт. Надо сказать, что я
весьма смутно тогда себе
представлял процесс
создания цветного буклета тиражом
10000 экземпляров для крупного
Ростовского производственного
предприятия с 70-летним опытом
работы. Но ведь не боги горшки
обжигают, и мы с приятелем рискнули.
Я сверстал текстовую часть буклета
и распечатал оригинал-макет на
лазерном принтере. В результате
длительных согласований макет был
утвержден заказчиком. Оставалось
сделать цветные фотографии и
разместить заказ в типографии.
Нашли фотографа, который после 2-х
серий съемок сделал цветные слайды.
Сделал, а их в типографии
забраковали. Пришлось искать
другого фотографа. Пока искали,
фотографировали, согласовывали
время съемок с заказчиком - прошло
довольно много времени. Наконец, все
материалы были сданы в типографию.
Через месяц мы должны были получить
тираж. Ага, должны были. Директор
типографии через месяц сказал, что
они не смогут по каким-то там
причинам ничего сделать. К этому
времени уже истек срок договора(3
месяца прошло) и времени на поиски
другой типографии практически не
оставалось. Нашли. Но оказалось, что
в типографии не было нужной нам
бумаги. Очень быстро, в результате
торгов, бумага была мною куплена у
какого-то внезапно подвернувшегося
предпринимателя за мои наличные
деньги. В то время инфляция
составляла 300% годовых. Прошло 3
месяца и вся запланированная
прибыль была "съедена"
незапланированными расходами,
которые случились уже после скачка
инфляции. Стиснув зубы, я и мой
товарищ пошли подписывать доп.соглашение
о увеличении финансирования.
Заказчик пожелал расторгнуть
договор, ссылаясь на длительные
проволочки. Переговоров было много,
но, в конце концов, мы подписали
соглашение. Деньги были выплачены.
Да,
вот в последних двух предложениях и
скрыта вся драматургия этой сделки.
Мы разговаривали на повышенных
тонах с разными людьми, от мелких
клерков - до генерального директора.
Представьте себе сами. Два молодых
человека на пару убеждают директора
завода, что у него заводик, в общем-то,
не очень, и продукция - так себе, ниже
европейского уровня, и организация
труда и подбор кадров - не на лучшем
уровне. В общем, такого бреда он,
наверное, никогда не слышал раньше.
Зацепили его, не нарочно, конечно же.
Просто он имел неосторожность нас
упрекнуть. А за что же нас упрекать
:), когда инфляция была
непредсказуемой, а завышать цену -
тоже нельзя было. В итоге выяснилось,
что у него та же проблема с
ценоопределением и, как следствие,
со сбытом его продукции. На том и
помирились. А тут новая напасть.
Нужно было самим сделать
цветоделение слайдов. Сделали в
другой типографии за бутылку водки
и какие-то деньги. Когда все было
сделано, выяснилось, что уже не
хватает денег для оплаты услуг
типографии. Сговорились с
директором типографии, что я сделаю
для них что-нибудь.
Сделал оригинал-макет длиннющей
книжки. Я нанял сотрудников
секретной научной лаборатории для
набора текста. Потом еще целую
неделю исправлял ошибки, допущенные
при наборе непрофессиональными
наборщиками. В общем, ужас. Когда мы
пришли забирать наш тираж, то
оказалось, что лицевая сторона
буклета смазана. Все 10000 экземпляров
- брак. Директор типографии признал
свою ошибку, сам купил бумагу и
сделал еще 10000 экземпляров. Через
пол года мучений буклет, в
количестве 20000 экземпляров(и брак
туда отдали), был сдан заказчику.
Когда я очистил все деньги от
налоговой и прочей посреднической(за
обналичивание) шелухи, то оказалось,
что мой навар составил ноль рублей.
ХОРОШО, ЧТО БЕЗ УБЫТКОВ. В процессе
работы было множество бесконечных
согласований, разговоров на
повышенных тонах, переездов из
одного конца города в другой. Но
появилось чувство, что я могу
довести дело до конца. Денег не
появилось. Выяснилось также, что
выгоднее работать в статусе
предпринимателя без образования
юридического лица. Я
зарегистрировался и открыл счет в
банке. В это время подвернулся заказ
на автоматизацию рабочих мест в
городском управлении кадастра. Я
быстро все сделал: купил для конторы
технику, обучил людей, написал
программу верстки (на базе Xerox Ventura
Publisher), и заработал первые
предпринимательские деньги,
которые сам обналичил, без каких-либо
посредников. Было приятно осознать
себя независимым предпринимателем.
Но заказов как-то не прибывало.
State
Line.
Прошло
довольно много времени, а заказы не
находились. Я все еще числился
сотрудником РГУ и получал скромные
деньги неизвестно за что. Но так
долго продолжаться не могло. В один
прекрасный день я понял, что могу не
дождаться чистенькой работы. Ну и
плюнул я на свое высокомерие и решил
заработать любым способом, пусть
даже не связанным с компьютерами. В
общем, никакой осознанности и
близко не было. Деньги съедались
быстрей, чем зарабатывались. А
хотелось то многого. Один мой
приятель рассказал, что он может
познакомить меня с фирмой,
торгующей сигаретами. Я решил стать
простым торговцем сигарет. Я не
курящий, и вспоминаю этот период со
странным, двойственным чувством. С
одной стороны, курение - вред, а с
другой, я не нашел другого, более
достойного бизнеса. Я утешаю себя
только тем, что торговля эта очень
быстро(месяца 3-4) закончилась. Но
опыт был получен колоссальный.
Есть
такая поговорка: "Под лежачий
камень вода не течет". Так вот, это
было не про меня. С 9 утра до 17 вечера,
как проклятый (с приятелем), носился
пешком через весь город с огромными
баулами в руках. Сколько
переговоров в день я проводил? Штук
30 -50, не меньше. Это была оптовая
торговля. :) Минимальная партия - 1
блок (10 пачек) сигарет. Я
специализировался исключительно на
вражеских, импортных сигаретах.
Лучше всего тогда покупали "Camel".
На нем в основном и работали. Только
потом я понял, что чем выше спрос на
товар, тем меньше на него наценка. У
каждого ларька или магазина я
останавливался и проводил
переговоры.
-Кэмел надо?
- Цена?
- А 6-85!
- А че так дорого?
- А где дешевле?
- Та мы ж сами не берем, у нас хозяин
берет.
- Где хозяин?
- Будет вечером.
- Зря не берете.
- Ну, давайте один блок.
И так далее, и тому подобное, сто
тридцать шесть вариантов
переговоров. И чего только я там не
говорил. В основном, конечно, были
отказы. Редко, когда удавалось
продать сразу ящик. А фраза "Зря
не берете" была вычислена путем
упорных опытов. После этой фразы у
продавцов на отмороженных лицах
начинали появляться признаки
мыслительной деятельности. А теперь
представьте себе, что все это
происходит каждый день. На улице
мороз - минус 10. Пока на автобусе
доедешь до точки- все ноги оттопчут.
А когда вечером не продал товар, то
прешь его в общагу без лифта на 9-й
этаж. А если на следующий день с утра
не оплатил взятый товар, то можно
остаться и без товарного кредита, а
в худшем случае и поиметь серьезный
разговор с бандюками. Бандюки
контролировали фирму, с которой мы
работали. Это я узнал уже потом,
когда мы отработали с ней месяца 2.
Как-то удалось избежать этих
неприятных разговоров, хоть и
сталкивался с ними каждый день нос к
носу. Заработки были разные. Иногда
на 3 банана хватало заработков, а
иногда за день мы зарабатывали 2
месячных оклада научного
сотрудника РГУ. Были и разборки с
базарной милицией, которые
закончились конфискацией товара. В
пору было опустить руки, но пережил.
И на следующий день - как штык, в бой
ринулся. Через месяц работы денег
уже хватало на то, чтобы вкладывать
их, а не брать товар на реализацию.
Тогда я стал работать и с другими
фирмами. Мне стало ясно, что на товар,
который стоит дорого и имеет
меньший спрос, можно делать большую
накрутку. Я читал об этом в книжках,
но когда я в руках подержал прибыль
от таких сделок, то я усвоил этот
очевидный факт на другом уровне
понимания.
Продолжение в рассылке.
Автор сайта "Записки Штирлица"
http://rostov-job.by.ru
и рассылки "Записки Штирлица"
Предпринимаю
с 1992 года, прошел суровую школу
бизнеса. В рассылке делается анализ
пройденного пути от наемного
работника до разведчика-предпринимателя,
владельца и управляющего крупной
оптовой фирмы. На страницах
рассылки я занимаюсь анализом
своего 10 -летнего
предпринимательского опыта.
Штирлиц вас уговорит открыть свое
дело! http://subscribe.ru/catalog/economics.school.stirliz
.
|
